Роды и беременность в Польше        21 апреля 2021        1162         0

Роды в Польше: моя история. Часть 1

Я родила в Польше, во Вроцлаве, летом 2019 года. И хоть не всё прошло гладко, я рада, что мои роды состоялись именно здесь. Решив поделиться своей историей, я постаралась не вдаваться в подробности самого процесса, а описать условия для рожениц и новорождённых, организационные моменты, отношение медперсонала.

Конечно, каждые роды индивидуальны и неповторимы. Но я надеюсь, что мой рассказ поможет вам хоть примерно представить, что ожидает женщину, переступающую порог польского «роддома».

…Тишину тёплой летней ночи нарушают лишь изредка проезжающие машины да мерное постукивание колёсиков по асфальту. Муж катит чемодан – в больницу мы идём пешком.

Воды начали отходить в первом часу. Уже совсем скоро мы встретимся со своим малышом.

Больничные двери захлопываются за спиной, навсегда оставляя за собой мою прежнюю жизнь. Впереди – жизнь новая, а на подступах к ней – тяжёлый, но всё же счастливый день.

Но пока я ещё не знаю, что меня ждёт, и вхожу в полутёмный кабинет приёмного отделения. Муж остаётся в коридоре.

Сонная акушерка* записывает мои данные. Берет документы – паспорт, карту беременности, результаты УЗИ и последних анализов.

(*Здесь и дальше звёздочкой обозначаю должности сотрудников больницы, когда не уверена, что правильно определила, кто есть кто.)

Я иностранная гражданка. Поэтому должна предоставить ещё и действующую страховку. У меня есть ZUS от работы мужа, но в спешке мы его не взяли. Ничего страшного. Муж донесёт завтра. А пока подписываю бумагу о том, что застрахована.

Из родового отделения приходит врач*. Осмотр и УЗИ. Всё в порядке.

Но оказывается, что мест в больнице нет. Врач говорит, что меня отвезут на скорой в другую. Но, видя, что отходят воды, ещё несколько раз куда-то звонит. И меня всё-таки оставляют рожать здесь – в Университетской клинической больнице на Боровской (Uniwersytecki Szpital Kliniczny na Borowskiej).

Акушерка приёмного отделения просит указать, кому можно предоставлять медицинскую информацию обо мне и ребёнке, а также подписать ещё какие-то бумаги.

В одной из них значится согласие на необходимые медицинские манипуляции, без уточнения, какие именно. Отказываюсь. Я не согласна на всё подряд. Если понадобится, подпишу согласие в конкретной ситуации на конкретное действие.

Кроме того, с собой у меня план родов – в нём я подробно расписала, на что и при каких обстоятельствах согласна.

Уже в приёмном покое я переодеваюсь в ночную рубашку для родов. На руку мне вешают бумажный браслет с моими данными. Санитар* подкатывает кресло-каталку.

Я чувствую себя хорошо и хочу идти сама. Но так нельзя. Что поделать – усаживаюсь и еду.

Муж идёт рядом и морально готовится к участию в родах. Для него это потрясение – со мной собиралась быть моя сестра, но ночью она не успевает приехать из другого города.

А дальше потрясение ожидает уже меня: свободных палат, предназначенных для партнёрских родов, нет.

А-а-а! Я остаюсь одна!

Меня усаживают на стул, и я, придя немного в себя, осматриваюсь по сторонам. Понимаю, что это, видимо, и есть «породувка» – родильный зал.

Большое помещение делится на две части проходом. Слева – в несколько рядов столы и стулья для медперсонала. Справа – родильные боксы, отделённые друг от друга стенами, а от остального зала – пластиковыми ширмами. За одной из ширм стонет женщина.

Под потолком висит монитор, на котором, как я поняла, отображаются свободные и занятые родовые места, а также данные КТГ рожениц. Судя по значкам, есть несколько пустых боксов.

Первым делом мне вводят катетер в вену и берут кровь на анализ.

В плане родов я писала, что не согласна на введение катетера сразу при поступлении. Но это не принципиальный момент, и я не сопротивляюсь. Только интересуюсь, кому показать план родов. Отвечают: утром будет следующая смена – им. Забегая вперёд, замечу, что на следующий день про план родов я уже не вспомню (а насколько я понимаю уже теперь, этот документ нужно было отдать ещё в приёмном покое).

Акушерка* проводит меня в родильный бокс и помогает занести вещи. Говорит поставить на тумбочку воду и положить мобильник. Подсоединяет датчики КТГ и оставляет меня одну. Сейчас около 3-ёх часов. До утра можно немного поспать.

Но заснуть я не могу.

Родильный бокс довольно большой. Посередине – кровать, специально предназначенная для родов. С одной стороны от неё – тумбочка. С другой – аппарат КТГ, а чуть дальше – пеленальный столик.

Есть окно. Потом я не смогу вспомнить, было ли оно затемнено или заслонено ролетом, но точно одно: с улицы невозможно увидеть, что происходит в родильном боксе.

Не вспомню и был ли кондиционер. Вероятно, был. Температура в боксе была комфортная даже тогда, когда за окном превышала 35 градусов. О том же, что в день моих родов было очень жарко, я узнаю только вечером, когда меня переведут в душную послеродовую палату.

А пока лежу в полутёмном боксе. Слышно, как за ширмой в общем помещении переговариваются медсёстры, а в одном из боксов продолжает стонать роженица.

Я смотрю на монитор КТГ. На нём мелькают две цифры. Одна показывает частоту сердцебиения ребёнка, другая – силу схваток.

Вторая цифра не радует. Схватки слабые. Я ничего необычного не ошущаю. Если к утру ситуация не изменится, схватки вызовут искусственно – с помощью капельницы окситоцина.


О том, как проходили сами роды, я рассказываю во второй части статьи. Также там вы прочитаете о том, что ожидает маму и новорождённого в первые несколько часов после его появления на свет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.